Journal virtuel
RENDEZ-VOUS A MONTREAL еженедельная газета MEETING PLACE - MONTREAL
Авторизация
  • Общая информация об иммиграции в Канаду
  • Профессиональная иммиграция федерального уровня
  • Бизнес-иммиграция в Канаду
  • Программа семейного спонсорства в Канаду
  • Профессиональная иммиграция в провинцию Квебек
  • Медицинская комиссия
  • Проверка на благонадёжность

  • Хотите узнавать новости Монреаля первым? Подпишитесь на нашу рассылку!



    Экскурсия по канадской литературе (продолжение) (3 декабря 2009)

    Экскурсия по канадской литературе (продолжение)
    Злоба - крепость; но есть возможность и надежда сделать в ней пролом. Глупость - голая, плешивая, большущая скала; нет к ней приступа, не за что уцепиться.
    Петр Вяземский

    В начале 70-х было снято «Кабаре» Боба Фосса. Полагаю, не найдется зрителя, который не запомнил бы сцены с красавцем-парнишкой, запевающим "Tomorrow belongs to me..." (Будущее принадлежит мне…). В 1976-м, когда в нашей провинции победила Parti Quеbеcois, Мордехай Ричлер (Mordecai Richler, 1931-2001 гг.) обвинил ее в использовании этого «нацистского гимна».
    Действительно, почти цитата: "А partir d'aujourd'hui, demain nous appartient" – такими словами начинается песня, звучавшая во время предвыборной кампании как позывные сепаратистов. Потом писатель, конечно, извинился, сославшись на статью в американском журнале, утверждавшую, что режиссер фильма включил в него малоизвестный, но подлинный гимн «Гитлер югенд». Не знаю, слышал ли об этом скандале Фосс, но если слышал, то, наверное, обрадовался: вся эта история - безусловно, комплимент. Причем, не только ему. Мордехаю Ричлеру тоже. Само-то сравнение – не в бровь, а в глаз.
    Национализм писателю в принципе претил. В сети гуляет «левый» перевод его рассказа 1958 года (без указания оригинала, что, впрочем, несложно исправить. Заодно и авторскую фамилию одному из героев возвращу): «Гриффин, Шалинский и еврейский вопрос» ("Griffin, Shalinksy, and How They Settled the Jewish Question") - о том, как преподавателя колледжа «записали в евреи». Началось с пустяка: студент Шалинский учуял в нем «своего», зачем-то сменившего фамилию, и пошел в атаку, желая вернуть заблудшую овцу в стадо. Чего только ни делал бедный профессор, убеждая доброхота, что тот ошибся. Даже домой его пригласил и «разложил на письменном столе паспорт, водительские права, свидетельство о браке, страховой полис и чековую книжку:
    -Убедитесь.
    -В чем? – невозмутимо спросил Шалинский.
    - В том, что человек, сидящий перед вами, - Мортимер Лукас Гриффин, протестант.
    Шалинский бросил недоверчивый взгляд на документы:
    - А как насчет вашего отца? Он вполне мог сменить фамилию задолго до вашего рождения. Что скажете?
    Я в изнеможении рухнул на диван».
    Чем более герой нервничает и суетится, тем подозрительнее смотрят на него окружающие. Друзья-евреи причисляют Гриффина к антисемитам. Жена уходит от него, оставив записку : «Не могу жить с лицемером» (Шалинский сочувствует: «Смешанные браки до добра не доводят»). Абсолютный абсурд ситуации - не зря же профессор специализировался по творчеству Кафки - усугубляется тем, что самого Гриффина национальный вопрос никогда не интересовал. В итоге он сдается, женится на дочке Шалинского, редакторствует в журнале «Еврейская жизнь» и надеется, что «с Божьей помощью» тираж этого издания скоро увеличится вдвое.

    Уже понятно, что «монреальский Шолом-Алейхем» Мордехай Ричлер был человеком неудобным. Расхожий отзыв о нем: «Его каждый ненавидел, и все любили». Природа наделила Ричлера ярко выраженным полемическим темпераментом, и в его взгляде на белый свет присутствовала изрядная доля максимализма, который принято сопровождать эпитетом «юношеский». Одно из биографических исследований о писателе так и называется «Последний честный человек». Даже с еврейской общиной взаимоотношения у него сложились не простые. Хотя уж ей-то на Ричлера жаловаться грех. Благодаря его таланту люди со вкусом к изящной словесности читают об улице Saint Urban уже на 29 языках.

    Но, вероятно, дело в том, что именно читают. Часть иммигрантского района Mile End, там, где сближаются улица Saint Urban и бульвар Main (нынешний Saint-Laurent) с конца XIX века была населена евреями. На страницах романов и рассказов писателя это место предстает как особое пространство, огороженное почти видимой стеной. В 30-е и 40-е, в годы его детства, люди, вещи, слова, попав сюда, приобретали новый смысл: «Наша семья была ортодоксальной, коммунистов мы не одобряли, однако кого и что считать по-настоящему красным, никто не знал. Начнем с того, что меня приучили видеть коммуниста в любом, кто свертывал курам шею, вместо того чтобы отдать их резнику. Как-то я увидел на заднем дворе, что мама Берни Губермана собственноручно расправляется с цыпленком. Дома мне объяснили ее поступок так: «Она коммунистка, красная» (роман «Улица»). Здесь складывается своя мифология: «евреи эпилепсией не болеют». Бушуют чуждые прочему миру страсти - вчитайтесь, как лихо ортодоксальный иудей с оглядкой на христианский мир клеймит реформистскую синагогу: «В те несколько раз, что я туда попадал, я чувствовал себя как иезуит в борделе».

    На Saint Urban Мордехай и родился. В 1904-м его дед, спасаясь от погромов, перебрался из России в Канаду и сразу же осел в Монреале. До 9 лет мальчик посещал иешиву, изучал Талмуд. Его прочили в раввины. Но семейные обстоятельства изменились, и его отдали в протестантскую школу Baron Byng High School (в романах Ричлера она зовется Fletcher's Field). Он перерос привычные для Saint Urban страхи перед католиками - квебекуа и англофонами, открыл для себя поначалу город, лежащий за пределами Mile End; потом страну, в которой его построили. Теперь Мордехай разом и еврей, и канадец, что дается ему нелегко. Однажды писатель заметил, что человек, принадлежащий к этническому меньшинству, «растет с двойственным представлением о себе – своим собственным и тем, которое бытует о нем в обществе».

    Мир продолжал расширяться - Мордехай узнает о том, что творится в Европе. Защитники Мадрида западают ему в душу, чтобы позже стать метафорой героики в его ранних вещах. Пишет он их в Европе, куда сбегает прямиком из университета Конкордия. Во-первых, проучившись пару лет на филолога, юноша почувствовал, что академические занятия его в каком-то смысле обескровливают, обездвиживают. А во-вторых, осознав, что хочет стать писателем и журналистом, потянулся к коллегам по цеху - в Канаде их практически не было.

    Ричлер повторил путь Каллагана – на пару десятилетий позже. Обретался в основном в Париже, знакомился с «именитыми». Но около года прожил и в Испании, в Валенсии, – и был допущен там к национальному обряду в честь Св. Иосифа, включающему в себя ритуальные костры: «И это пламя в Валенсии уничтожило… кучу моих личных дьяволов…Вместе с ним исчезла и вина, возникшая, когда я бросил учебу, не получив степени... я впервые понял, что свободен. Я не нуждался в оправданиях. Моя жизнь стала моей, я был волен потратить ее так, как мне угодно». Всем бы нам у таких костров постоять.

    Ранние романы Ричлера воспринимаются как преамбула к дальнейшему его творчеству. В них уже заявлены темы, которые и впредь будут его волновать: конфликт этнических и расовых групп, поколений и традиций; поиск подлинных ценностей; парадокс свободы как созидательной и – одновременно – разрушительной силы. В стиле этих вещей просматриваются черты самостной поэтики (если оставить в стороне влияние Дон Пассоса и Хэмингуэя - а кто из молодых его в те годы избег?): в центре - противоречивый герой, блестяще переданная атмосфера контрастных, драматичных сцен, гротескные образы злодеев, симпатичные неудачники (им Ричлер сочувствует бесконечно) – и сатира.

    За несколько лет, что он провел за границей, литературная среда на территории «от моря и до моря» насыщенней не сделалась. Молодой писатель переезжает в Лондон. И завязываются его странные отношения с родиной. Он вынужден возвращаться в Канаду по несколько раз в году - иначе ему не пишется. Однако печатается в Британии. Вот и роман «Ученичество Дадди Кравитца» («The Apprenticeship of Duddy Kravitz», 1959), принесший ему признание, впервые опубликован в Лондоне.

    Действие книги разворачивается в том самом Mile End, в Монреале 40-х, а значит, до города, в котором нам так уютно, еще дожить надо. Дадди, отпрыск бедной ортодоксальной семьи, если чем и отличается от приятелей, так разве что рано проснувшейся предприимчивостью. В привычное существование Дадди врывается мечта: приобрести собственную землю. Путь к воплощению этой мечты и определяет сюжетную линию романа.

    Конечно, в нем предостаточно этнического и бытового материала, который в ком-то будит ностальгию, а многих (ту же еврейскую общину) раздражает. Но Ричлер обнаруживает в своих персонажах и те универсальные черты, что роднят их с человечеством. Книга быстро приобрела известность. В 1974-м ее экранизировали, и Ричлер, написавший к фильму сценарий, получил приз американской гильдии киносценаристов.

    Однако, если ностальгия и «голос крови» вас не мучают, читайте сразу более поздние вещи: например, романы «Несравненный Атук» («The Incomparable Atuk») и «Самоуверенный» («Cocksure»). По простому признаку – это по-настоящему смешно. Атук – поэт-инуит, залетевший в Торонто и ставший там на некоторое время «злобой дня», очевидно приходится родственником вольтеровскому «Простодушному». «Жрецы высокого искусства» в Торонто 50-х, увиденные его глазами, курьезны и нелепы. По жанру это «плутовской роман». Мошенники и одураченные ими жертвы, и куча узнаваемых примет: «амбиции без амуниции» - явление интернациональное.

    А герой «Самоуверенного» уже не покажется вам незнакомцем: это тот самый Мортимер Гриффин, которого предприимчивый Шалинский склонил-таки к еврейству. За несколько лет рассказ нечувствительно вырос в роман, нисколько не проигрывая «оригиналу» в динамике развития действия. Кроме того, критики благосклонно подметили, что по сравнению с «Атуком» он менее фриволен и не сосредоточен на «узкоместной» детали. Какие бы серьезные идеи ни владели автором – в частности, вездесущее в современном мире падение духовных ценностей, с которым должен же кто-то бороться! – этот роман гораздо больше развлекает, чем заставляет задумываться. Но развлекает качественно.

    За какого канадского писателя ни возьмись – здесь он непременно в чем-то «икона». А уж Мордехай Ричлер в Монреале – и вовсе… Смотрю на это многоточие и помалкиваю. Бог весть, окажется ли библиотекарь-референт столь любезен, что просветит вас на его счет. Но есть сеть – а в ней перечислено все, что им было создано. В том числе и книга 1992-го года «О, Канада! О, Квебек! Реквием для разделенной страны» (Oh Canada! Oh Quebec! Requiem for Divided Country). Сепаратисты – нам ли этого не знать? – вообще народ злопамятный. Не успели хоть несколько отойти после скандала с «нацистским гимном» в 1976-м (да и что такое для истории какие-то 15 лет), как Ричлер, теперь уже вполне обоснованно, обрушился на них с мощной инвективой, в которой не спустил им ни единой подлости, и в целом охарактеризовал затеянную сепаратистами возню как «самый глупый и зряшный политический кризис в западном мире».

    О, что тут поднялось! На такие пустяки, как сравнение книги с «Mein Kampf» (я ж говорю – злопамятные) на фоне остальных гневных отповедей и смотреть нечего. Я приведу только одну - зато наиболее выразительную. Жан-Франсуа Лизе (Jean-Franсois Lisеe) писал о Ричлере: «Презрение, которое он испытывает к квебекцам и к фактам, источаемое каждой страницей, ранит меня как квебекца, как журналиста, как автора. Интеллектуальное мошенничество, с которым он тасует факты, проводя абсолютно неприемлемые сравнения, вызывает у меня при чтении этой книги жуткую головную боль, лишает сна…Очевидно, что здесь, в Квебеке, мы знаем, что он преувеличивает, но кто-то должен сказать об этом англоязычным канадцам». Можно было бы посочувствовать, если бы англоязычные канадцы, проанализировав эту полемику, не пришли к выводу, что в отношении к Ричлеру со стороны сепаратистов присутствует расизм, подогреваемый той простой мыслью, что «он – не один из нас, не настоящий квебекуа».

    Экскурсия по канадской литературе (продолжение)Пошумели местные политики и успокоились. В 1995-м проиграли референдум. А Ричлер в 1997-м выпустил свой последний – и замечательный – роман «Версия Барни» (Barney’s Version), получивший премию Стивена Ликока. Два года назад он был переведен на русский язык. Процитирую вступительное слово А. Ливерганта к публикации в журнале «Иностранная литература»: это мемуары, в которых «Барни Панофски описывает свою, по его же собственному выражению, «никчемно растраченную» жизнь, весело иронизирует и издевается больше всего над самим же собой, в чем, должно быть, и состоит секрет его обаяния».

    Взгляни на фотографию Ричлера, читатель: бывает же такое счастье – и талантлив, и умен, и красив…

    А через неделю продолжим нашу экскурсию.

    Александра Канашенко
    Монреаль
    Информация

    Оставлять комментарии на сайте могут только зарегистрированные пользователи.





    Архив статей
    Бизнесы Монреаля
    Автомобили » Гаражи » Продажа машин » Школы вождения Детям » Детские сады » Лагеря » Школы Для души » Концерты » Мероприятия » Обществ. организации » Церкви Здоровье и красота » Дантисты » Косметологи » Нетрад. медицина, массаж » Оптометристы » Парикмахеры » Психологи » Салоны красоты, SPA Магазины » Непродуктовые » Продуктовые Недвижимость » Агенты по продаже » Инспекция домов » Сдаются Образование » Детские сады » Колледжи, учебные заведения » Курсы » Русские школы Рестораны » Банкетные залы » Рестораны Спорт, танцы » Спортивные клубы » Танцевальные школы Строительство » Мастерские » Ремонт, строительство домов » Установка оборудования Требуются » На работу » Сотрудничество Туристические услуги » Продажа билетов » Тур. агентства » Экскурсии Услуги » Бухгалтерские услуги » Ветеринары » Животные » Иммиграционные услуги » Компьютеры » Переводчики » Перевозки, доставка » Разное » Услуги для пожилых » Фото-, видеосъемка Финансовые услуги, страховка » Ипотека » Страховые агенты » Финансовые консультанты Юридические услуги » Адвокаты » Нотариусы
    Опрос
    Какое русское издание, печатающееся в Монреале, вы считаете лучшим?
    Новости Монреаля | Газета | Форум | Бизнесы Монреаля | Частные объявления Монреаля | Контакты TEL: (514) 369-4494 · lccom@total.net

    Copyright © 2000-2016 Russian Montreal

    Разработка вебсайта (2008) — Vita-Design.ca