Крымский мост
Авторитетный журнал The Atlantic опубликовал 7 июня статью Энн Эпплбаум «Ukraine Is Not Losing. Russia Is Not Winning» – «Украина не проигрывает. Россия не побеждает».
В ней анализируется текущее состояние войны, воюющих сторон, роль килл-зоны и в заключение пишется, что зона, которую сегодня контролируют дроны, может увеличиться до 50–60 километров и практически превратиться в демилитаризованную полосу, подобную той, что разделяет Северную и Южную Корею. Мол, со временем эта зона может стать фактической границей – временной и не признанной ни одной из сторон, но всё же границей. Это не будет полной победой Украины, но станет большим поражением для Путина, поскольку его главная цель – уничтожение Украины как государства – так и не будет достигнута.
Тупик ли?
Рассуждения Эпплбаум о замершей линии боевого столкновения (ЛБС), которую невозможно подвинуть ни в какую сторону, вторят хору западных военных аналитиков, пару месяцев назад заговоривших (с опозданием на полгода) о непреодолимой килл-зоне: мол война зашла в позиционный тупик и этим стала напоминать Первую мировую войну. Еще пример: свежая статья «Тупиковые войны» – о том, как великие державы неверно оценили регионы, на которые они напали.
А в статье для Института Брукингса Фиона Хилл, которая руководила российским направлением в Совете национальной безопасности в первой администрации Трампа, пишет о сходстве Трампа и Путина: «Как и Путин, Трамп не имел плана на будущее». «Тупиковая ситуация на Украине дискредитирует Россию как глобальную военную силу. Она подрывает имидж непобедимости Путина, подобно тому как тупиковая ситуация в Персидском заливе подрывает позиции США и Трампа».
Должен заметить, что уже по истечении первых двух месяцев полномасштабной войны я перестал полагаться на информацию и аналитику, даже от самых авторитетных западных СМИ и экспертов. В лучшем случае они опаздывают с правильной оценкой ситуации на 2-3 месяца. Вот и заключения Эпплбаум, Хилл и NYT говорят о недооценке происходящих в последние месяцы и недели быстрых изменений в характере войны.
В январе 2023 года в лучшей, на мой взгляд, украинской газете «Зеркало недели» была опубликована статья «Огневой вал – снарядный голод» – о преимущественно артиллерийском характере войны. В сентябре того же года блог OBOZ.UA опубликовал статью «Великая артиллерийская война» о том же. Да, в том году лицо войны не изменилось – тогда пушки решали все!
Характер войны начал меняться в 2024-м – и с тех пор изменился кардинально. Сейчас главную роль на фронте играют дроны. Они же во многом заменили Украине авиацию, действуя в оперативной зоне и по стратегической инфраструктуре в далеком тылу противника.
Особая пикантность в том, что и на морском театре военных действий успехи БПЛА не менее значительны: вместе с БЭКами (безэкипажными катерами, морскими дронами) и ракетами «Нептун» они утопили или повредили половину кораблей российского черноморского флота, а остатки загнали в порты восточного побережья. Собственно говоря, как флот ЧФ РФ перестал играть какую-либо роль, а значит существовать в смысле доктрины fleet in being, когда флот самим своим существованием и потенциальной угрозой не дает противнику господствовать на море. Этим ЧФ РФ похож на могучий германский флот после грандиозного Ютландского сражения 31 мая – 1 июня 1916 года, технически выигранного немцами, но стратегически проигранного. Я немало изучал эту морскую кампанию (о чем, в частности, говорю в трехтомнике «Неизвестная война» [Библиотека «Знание-Сила», 2014]. Глава называется «Тирпиц, могильщик империй»).
Но вернемся на сушу. Да, килл-зона крайне затруднила концентрацию войск и техники и вынудила россиян перейти к тактике инфильтрации, но та недаром называется «тактикой» – оперативных успехов этим путем можно добиться лишь через значительное время и ценой чудовищных потерь. Так, бои за Константиновку, – а это направление главного удара интервентов – начались в октябре 2025 года; сейчас уже середина июня 2026-го, город до сих пор не захвачен, а российские инфильтранты только начинают накапливаться в центре.
Но означает ли это, что ЛБС в конце концов вымотает противников, застынет и станет линией разграничения, как пишут западные аналитики?
Россия проигрывает войну
Нет, не означает. Повторю: западные СМИ в лучшем случае опаздывают с правильной оценкой ситуации на 2-3 месяца. Вот и сейчас они отмечают резкий рост активности украинских БПЛА, их мидлстрайков и дипстрайков, пишут о кампании логистического локдауна, объявленной министром обороны Федоровым, но не пишут о последствиях этого для ЛБС.
Между тем, они очевидны: без снабжения воевать нельзя. Без подвоза в первую очередь боеприпасов – да тех же дронов и горючего для зарядных генераторов и прочей техники, без поставки продуктов и медикаментов, без вывоза раненых и доставки пополнения (и много чего еще требуется войскам) удерживать фронт и создавать килл-зону невозможно! Ergo: обнуляя логистику, можно двигать ЛБС, и отход интервентов с Кинбурнской косы (данные требуют проверки) тому подтверждение. Мотострелки 205-й Отдельной бригады в Новой Каховке волком воют без снабжения, и такая же ситуация – после начала операции «Логистический локдаун» (назовем ее так), то есть за конец мая/первые недели июня – сложилась на всем южном фронте, в Херсонской и Запорожской областях.
И в Крыму. Это классический, показательный случай – и о нем только и разговоров! Перерезание дронами трассы Р-280 и удары по мостам сильно сказались на снабжении полуострова, в первую очередь горючим: бензовозы – излюбленная цель украинских «Хорнетов». Из Крыма кризис благодаря систематическим и частым ударам по НПЗ, нефтеперекачивающим станциям и резервуарным паркам распространился по всей России. Это уже настоящий кризис, как бы ни успокаивали Песков, губернаторы и топливный союз.
В Самаре, Нижнем Новгороде, Удмуртии, Казани, Чебоксарах, Ульяновске и Кузбассе ввели ограничения на продажу топлива. Проблемы возникли и в Петербурге, Москве, Подмосковье, Казани, Чебоксарах, Ульяновске и других городах России, как минимум в 25 регионах, а также в оккупированных Донецке и Луганске, не говоря уже о захваченных частях Запорожской и Херсонской областей.
Украинская кампания ударов по нефтяной инфраструктуре разворачивается успешно, и на середину июня каждую ночь дроны массированно атакуют Россию (причем 6 раз использовалось более 300 БПЛА). Интенсивность ударов будет только нарастать. Зеленский предупредил, что к осени Украина выйдет на уровень атак по 600 дронов еженощно, а к концу года – на тысячу!
Резюме: ЛБС можно двигать вместе с килл-зоной на юг и восток. Захватчики сами уйдут, как ушли из-под Киева и из Херсона. Они будут вынуждены принимать «непростые решения» и делать «жесты доброй воли». Перефразируя сэра Артура Харриса, маршала ВВС Британии во время Второй мировой войны: российские оккупанты начали войну с детской иллюзией, что они могут разбомбить всех, и никто не станет бомбить их в ответ.
Ах да, мост!
Столкнувшись с неразрешимыми проблемами в снабжении Крыма, Россия пошла на пропуск большегрузных машин и составов с цистернами по Керченскому мосту, что было запрещено после успешных украинских атак на оный. Что ж, это делает его хорошей целью для новых атак. Украина имеет все возможности для этого, просто дальновидно избегала уничтожения «золотого моста» (выражение Сун Цзы) для бегства полутора миллионов «понаехавших» и коллаборантов. Разгребать еще одну гуманитарную катастрофу ей совсем ни к чему.
А ведь у России есть еще один подобный анклав, и даже более изолированный: она оказалась не готова к блокаде Калининграда! В ее службе внешней разведки (СВР) видят накопление сил НАТО, но ответного плана у Москвы нет. В закрытых докладах СВР всё чаще проходит сценарий не прямой атаки на Калининград, а постепенной блокады региона. Перекрыть снабжение тут еще легче, чем в Крыму. Но об этом в другой раз.
Юрий Кирпичев
Монреаль – Флорида
