«Синопское сражение». Художник А.П. Боголюбов
Пользуюсь последними спокойными днями перед выборами в Конгресс 3 ноября (статья написана несколько дней назад – ред.) и ищу предисловие к английской версии своей книги «Синоп – пиррова победа». С переводом помогали Гари Голдберг (его дед эмигрировал из Кременчуга в Америку), внук, внучка – и ChatGPT. И вот какой казус: в предисловии всеведущий GPT столкнулся с неизвестным ему словом – и поплыл! Понес наукообразную околесицу, а затем предложил продолжить чат завтра.
Английская версия необходима. Да, многие коллеги владеют русским, например турецкие историки Джандан Бадем и Эмир Йенер – я часто ссылаюсь на них в книге. Но английский – язык международного общения. Так, на портале ученых Academia.edu мои статьи Russian Dahlgren Guns (исходная публикация в журнале The Artilleryman) читали 293 раза, а «Русские пушки Дальгрена» («Гангут») – 296. То же можно сказать и о работе The rate of fire of Russian guns during the battle of Sinop (The Artilleryman) – 205, и «Скорострельность русских пушек в Синопском бою» («Гангут»), ставшей главой в данной книге, – 335. Но больше всего читают саму книгу – 360.
Перевод помимо прочего позволяет осмыслить концепцию оригинала. Моя книга – тому пример. Она посвящена Синопскому сражению и событиям Крымской войны 170-летней давности. Но удивительно актуальна! В предисловии к английской версии я наконец-то смог сказать то главное, что не сказал в русском варианте, – то, что сам полностью осознал, лишь готовя этот перевод: моя книга оказалась напоминанием и предостережением.
Она переросла первоначальный замысел, на второй план отошли батальные коллизии, привлекающие читателей военно-морской литературы. Разработка темы изменила саму концепцию книги, и в итоге выяснилось, что она не столько о Синопском сражении, сколько о замкнутом круге, по которому много веков бешено мчится птица-тройка русской истории. О ловушке социозамыкания, в которую угодила Россия, о вечной агрессивности и опасности этой страны. Само сражение и связанные с ним события – лишь инструмент исторического анализа и сравнения.
Поясню свою мысль. Для россиян Синоп – это самая громкая, самая известная победа русского флота, она занимает исключительное место в исторической памяти. Вопрос о ее причинах и последствиях вторичен, если вообще возникает. Его даже опасно касаться! Таков русский менталитет, поэтому у меня и до нападения России на Украину возникали сомнения в возможности издать книгу в России. Опасения подтвердились после 24 февраля 2022 года – российские издания прекратили сотрудничество со мной, одни из осторожности, другие из ложно понимаемого патриотизма – своего и читателей.
Для остального же мира Синопское сражение – сравнительно малоизвестный эпизод давно минувшей войны. Кому интересны давние российские победы? Тогда как нынешняя война задевает всех. Поэтому я сознательно решил начать предисловие с параллелей между этими войнами и сделать акцент на хронически агрессивной российской опрометчивости, щадяще назовем это так.
Я пишу эти строки осенью 2026 года, завершается пятый год экзистенциальной, большой войны. За это время я не раз касался (и не один я) параллелей между нынешней российско-украинской и Крымской войнами. Первая аналогия заключается в том, что в обоих случаях поводом для нападения стала «защита» прав больших групп населения: русскоязычных в Украине и православных христиан в Турции. В каковой защите они не нуждались. Эта война ударила и по моим русскоязычным родственникам и друзьям, и многие из них, включая кузин из Мариуполя и Днепропетровской области, стали беженцами от российских интервентов. Дом моей матери пострадал от осколков снарядов, а дом моего деда – от российских бомб.
Объединяет эти войны также то, что они велись против западной цивилизации. Разница лишь в том, что в XIX веке Запад был на вершине силы и славы и военной силой окоротил не в меру агрессивную страну. Сейчас же он переживает не лучшие времена и прикрывается Украиной как щитом. Именно поэтому книга злободневна! Ибо есть еще одна параллель между войнами, которые разделены 170 годами, – обе начаты Россией, она агрессор. В этом Россия инвариантна во все времена, и об этом следует помнить.
Еще одно важное сходство: и в той давней войне, и в ныне идущей российское общество приветствовало войну. Большинство россиян поддержали нападение на Украину (в том числе и мои московские родственники) – точно так же, как в 1853 году радовались нападению на Турцию. Я пишу об этом в первой же главе, в разделе «Идеологический базис Синопа».
И хотя в России давно нет императоров, нет III Отделения ЕИВ (политический сыск и тайная полиция), нет властителей дум заметного калибра – не то, что Пушкина и Гоголя, но и Чаадаева и Тютчева, хотя вслед за Российской Империей развалился Советский Союз, апогей и апофеоз российского имперства, имперские настроения не исчезли. И не могли исчезнуть.
Ибо Сталин по объему власти превосходил царей, а Путин немногим им уступает. III Отделение с избытком заменено КГБ-ФСБ, можно даже сказать, что власть в стране безраздельно принадлежит чекистам, тогда как в СССР они подчинялись Компартии. Ну а в певцах русского кулака и величия на Руси недостатка никогда не было: Проханов, Прилепин, Дугин. Так что по большому счету ничего не изменилось – русская птица-тройка вечно мчит по кругу.
Из этого со всей очевидностью следует вывод, что она сейчас наиболее опасна. Собственно говоря, моя книга на сотнях примеров показывает низкую квалификацию и безответственность императора Николая I как руководителя огромной страны. Это касается и всей его команды, не только не блещущего умом князя Меншикова, одного из главных подстрекателей войны, но и прославленных адмиралов Корнилова и Нахимова.
Первому я посвятил большую статью с характерным названием «Ошибки адмирала Корнилова», в которой детально разбираю, как его стремление к эффектным действиям и погоня за призами вступали в противоречие с основными задачами Черноморского флота и в итоге привели к Синопу. И это не просто личные недостатки адмирала – речь идёт о качестве оперативного мышления. Эта статья стала ключевым разделом в книге. Еще в большей степени критический анализ оправдан в случае Нахимова. Глава «Последний год адмирала Нахимова» основана на множестве документов и неопровержимо доказывает, что его роль в обороне Севастополя неоднозначна и сильно преувеличена.
Популярен афоризм: в России за 10 лет меняется всё, а за 200 лет – ничего. В чем же причина сей прискорбной стабильности? Видимо, в многовековой – более двадцати поколений! – социальной наследственности, в передаче социальных норм, институтов, моделей поведения и экономических установок. Между прочим, концепции «Москва – третий Рим» уже 500 лет, она обрела популярность в 1520 годах. Социальная наследственность формирует менталитет народа, включая правящий класс: моя книга показывает передачу не только традиций, но и ошибочных моделей политического поведения Николая I, его высших сановников, генералов и адмиралов.
Ту же картину видим и сейчас. Важной шестерней в механизме передачи наследственности является историография – вспомните историческую роль Мединского, советника Путина. Она героизирует такие стратегические ошибки, как Синоп, и моя книга полна примеров ее «неточностей», намеренных искажений и прямой лжи.
Поражение в Крымской войне оказалось полезным, оно стимулировало реформы и привело к некоторой демократизации страны и экономическому подъёму. Но тогда Россия имела большой запас жизненных сил. Сейчас этого нет, и при любом исходе войны последствия будут гибельными для России, а ее конвульсии, повторю, могут быть чрезвычайно опасными для цивилизации. Опрометчивая агрессивность ее лидеров вкупе с резким снижением квалификации и профессионализма их окружения и государственного аппарата на всех уровнях значительно повышают вероятность фатальных провокаций. Наподобие Синопского сражения.
Подведем итоги: книга, начатая как пересмотр истории одного морского сражения, стала исследованием того, как государство из века в век превращает собственные стратегические ошибки в героические легенды и воспроизводит условия для новых ошибок.
Ах да, термин, поставивший в тупик ChatGPT, и обещанная конгениальность Лема и Гоголя. Термин изобретен прозорливцем Лемом в романе «Эдем» (1959) и удивительно точно описывает ситуацию в России. Социозамыкание означает движение по замкнутому кругу. Но внесу нотку оптимизма: по всем признакам русская птица-тройка пошла на последний круг.
Юрий Кирпичев
Монреаль – Флорида
