«На ней была блузка без рукавов. Руки девушек всегда вызывают у меня сильное волнение. Не когда они красные и толстые, а скорее худые, молодые, невинные и слегка загорелые. Эта девушка хрупкая, так как полгода страдала от голода в Финляндии и видела слишком много убитых людей», — пишет Мауриц Эшер в письме своему лучшему другу Яну о девушке, с которой он познакомился в саду отеля «Альберго дель Торо» в Равелло, где проводил время, гуляя по окрестностям и рисуя, очень много рисуя, оттачивая свое неповторимое мастерство. Та же сразу заметила, что молодой человек, с которым частенько разговаривал ее отец, внешне очень похож на Питера Брейгеля.
В последний день марта
До этой встречи Эшер уже дважды бывал влюблен. Первой его возлюбленной стала подруга детства, но она не отвечала будущей знаменитости взаимностью и тайно обручилась с Яном. Правда, эта девушка предложила Маурицу остаться друзьями. По словам биографа художника, второй его любовью, вероятно, была модель, с которой он работал во время обучения на гравера.
31 марта 1923 года Мауриц сделал пометку в своём дневнике о прибытии в отель, в котором он проживал, семьи швейцарского промышленника Умикера.
Эшер постепенно влюбился в тихую 25-летнюю девушку, которая всё ещё жила с родителями. Он считает, что о бурной страсти и речи быть не может. В первые несколько месяцев Эшер продолжает писать Яну, живущему в Нидерландах, о своих сомнениях по поводу серьёзных отношений. В то же время он привязывается к застенчивой девушке. Ему нравится в ней и то, что она рисует акварелью, и то, что как только ее отец заводит какие-то напыщенные речи, девушка сразу исчезает. Он замечает, что она не похожа на своих родителей по характеру. Для него она русская, хотя в ее крови нет ни капли русской крови.
Джульетта из Нахабино
Джулия, Джульетта, или Йетта Умикер была старшей дочерью швейцарского бизнесмена Артуро Умикера и итальянки Энрикетты Каттанео. Ее отец родился в Швейцарии. В Италию он приехал для того, чтобы учиться производству шёлка. В Милане судьба свела его с Энрикеттой. Молодые люди, обвенчавшись, жили в Милане, где у них в 1897 году родилась Йетта. Правда, в 1900 году семья Умикера переехала в… Нахабино, пригород Москвы. Там Артуро стал директором трёх текстильных фабрик. И там же у Йетты появились ещё две сестры: Нина и Надя.
Детство девочек пришлось на дореволюционные годы в России. Дети росли в достатке. У семьи был большой дом в Нахабино со множеством слуг. Каждый год все вместе они отправлялись в отпуск в Швейцарию и Италию. И так бы продолжалось и дальше, но в октябре 1917 года разразилась Русская революция.
Глава семьи принял решение вернуться на родину в Швейцарию. Дорога домой была не из легких. Чего только не довелось пережить им во время переездов из Москвы в Санкт-Петербург, затем в Финляндию, а оттуда в Швецию и, наконец, в Англию. В последующие годы у семьи не было постоянного места жительства. Зимой они оставались в Италии, а лето проводили в Швейцарии.
Йетте было 20 лет, когда ее семья покинула Россию. 17 лет она прожила среди русских людей. Она, вероятно, не плохо выучила русский язык, поскольку трудно предположить, что в Нахабино у нее были друзья, владевшие итальянским или немецким языками. Ей приходилось много общаться с русскими друзьями родителей, коллегами отца и их детьми, русскими учителями и слугами. Россия была той страной, где она росла и становилась личностью. Она полюбила Россию всей душой.
В одном из писем другу Мауриц пишет: «Её огромная любовь к русской земле, русскому народу и русскому искусству для такого любителя русской литературы, как я, безусловно, очень приятна».
В школе он был отстающим
Эшера не могли оставить равнодушным рассказы Йетты о том, как ее семья спасалась бегством из России, о всех тех ужасах, которые им пришлось пережить. В Финляндии, где Йетта вместе с родителями и сестрами жила в течение шести месяцев, им пришлось голодать: не было средств на покупку еды. Она своими глазами видела умиравших от голода людей. Йетта была всего на полгода старше Маурица, а уже успела испытать в своей жизни столько всего, о чем он даже и не задумывался. У него, конечно, тоже имелись свои беды и неприятности в жизни. Как без них! Например, он плохо учился в школе, завалил экзамен по математике. Да что там! Он даже экзамен по рисованию, которым страстно увлекался, умудрился не сдать! Его оставили на второй год в школе, а затем он начал учиться на архитектора, но и тут ничего не клеилось, пока в 1919 году в Школе архитектуры и декоративных искусств он не встретил своего учителя известного художника-графика Самуэля де Мескита, посоветовавшего ему заняться графическим искусством. Вот тут дело потихоньку пошло на лад. “От своего преподавателя я унаследовал любовь к дереву продольного распила, не говоря уже обо всем остальном, – вечная ему благодарность за то, что он научил меня владеть этим материалом”, — писал Мауриц позже.
Она приняла его предложение
У Йетты, как казалось Эшеру, было слабое здоровье. Он объяснял это тем, что слишком многое свалилось на ее хрупкие плечи в столь юном возрасте. А еще он говорил себе, что то, чего она лишилась, он может ей дать. Жизнь без волнений и тревог, жизнь в достатке. Нет, в те дни Эшер еще не был тем Эшером, каким сейчас его знает весь мир. О нем никто еще не знал, он еще не изобрел свой знаменитый стиль. В августе 1923 года прошла его первая выставка, на которой ему удалось продать одну работу. Однако он твердо знал, что его семья всегда поможет финансово, всегда его поддержит. Да и сам он готов был трудиться!
Йетте было приятно внимание и ухаживание Маурица. У них было много общих тем, на многое они смотрели одинаково. Жизнь по соседству, совместные трапезы и прогулки – все это способствовало их сближению. Она ответила взаимностью на его чувство.
А затем влюбленным пришлось расстаться, поскольку её родители должны были переехать в Цюрих. Незадолго до отъезда Эшер признаётся Йетте в любви. Она не отвечает отказом. В разлуке они начинают писать друг другу письма. Эшер очень остро переживает разлуку с любимой, читая письма которой, он всё больше очаровывается ею. Он хочет защитить её и освободить от родительской опеки.
Мауриц отправляется в Цюрих. Он сообщает своим родителям, что сделал предложение Йетте. В конце августа родители Маурица вместе со своим старшим сыном также приезжают в Цюрих, чтобы познакомиться с семьёй Умикер. После деловых переговоров о ежемесячном пособии и условиях брачного контракта обе семьи приходят к согласию. Теперь Мауриц и Йетта официально считаются помолвленными.
Работа — на первом месте
12 июня 1924 года Мауриц Корнелис Эшер женился на Джульетте Умикер в итальянском приморском городе Виареджо, недалеко от Пизы. Церемония бракосочетания почему-то показалась отцу Маурица “совсем невпечатляющей”. После нее родители Йетты устроили в честь свадьбы небольшой обед, а через четыре дня, 16 июня, по настоятельной просьбе новобрачной, в одной из комнат католической школы состоялась религиозная церемония. Свидетелями были две итальянские монахини. Молодая пара собиралась остаться жить в Италии. И Умикеры перебрались в Рим, поближе к старшей дочери.
Через два года у пары родился первенец – Джордж, а еще через два – второй сын Артур. Младший– Ян – родится только в 1938 году. За десять лет жизни в Риме Эшер взял за правило каждую весну путешествовать по Италии. Йетта регулярно сопровождала его.
Йетта очень любила искусство и сама обладала талантом художника. Она любила рисовать, хотя никогда не училась живописи в какой-либо художественной школе. Её работы совсем не походили на те, что создавал ее супруг. Исследователи отмечают, что она писала в свободном стиле и использовала цвет. Во время визита в знаменитый испанский дворец Альгамбра в 1936 году вместе с мужем в течение трёх дней они сделали множество эскизов геометрических исламских мозаик, которые послужили основой для всего последующего творчества Эшера.
Утверждается, что Йетта оказала влияние на творчество Эшера и развитие его художественного таланта. Она взяла на себя все бытовые обязанности, что позволило Эшеру полностью сосредоточиться на своём искусстве.
Эшер очень любил жену и детей, однако свою работу он всегда ставил на первое место.
Портрет с нимбом
Портрет Джетты Эшер-Умикер. Мауриц Корнелис Эшер. Гравюра, 1925 г.
Существует несколько портретов Йетты, созданных Эшером. Ранний портрет на дереве был создан сразу после свадьбы. Это большая гравюра, изображающая Йетту с цветком в руке. Исследователь творчества Эшера Мики Пиллер так описывает его: “Кажется, будто за ее головой сияет нимб, как на итальянских портретах святых периода Средневековья. Она скромно смотрит вниз на цветок. Эшер умело использует возможности гравюры на дереве, и с помощью множества вертикальных линий он создает объем, тень и ромбовидный узор ее платья с плоским воротником. Для лица он использовал небольшие, короткие штрихи широким долотом. Для волос он использует более острое долото, делая белые линии тонкими. Тут и там он проводит рядом линию, чтобы подчеркнуть блеск. Фон состоит из гораздо более длинных линий, расположенных через равные промежутки. Для нимба он очень точно размещает короткие линии между ними. Диагональные блоки платья с плоским воротником мы узнаем по фотографиям Йетты того времени. Руки, о которых Эшер писал Яну, играют важную роль и в этой гравюре на дереве. Из-за нимба и рук с чувствительными длинными пальцами это скорее символический портрет, чем реалистичное изображение. Портрет в первую очередь показывает его чувства к жене”. Художник словно говорит: это моя правда, и я хочу ее показать.
***
Интерактивная выставка “M.C. Escher” проходит до августа по адресу 312 Rue Sainte-Catherine O. Билеты от $23 до $30.
