В 1882 году, пока тяжелобольной 64-летний Карл Маркс гулял среди виноградников Веве в Швейцарии, Лев Николаевич Толстой, подарив миру «Войну и мир» и «Анну Каренину», изучал московские трущобы, Петр Ильич Чайковский писал «Торжественный марш» («Марш славян»), позднее известный как «Марш 1882 года», для московской выставки, Вагнер ставил «Парсифаля», Роберт Кох на выступлении перед Физиологическим обществом объявил о выявленной им туберкулезной палочке и даже позволил публике поглядеть на нее в микроскоп, в Нью-Йорке заработала первая электростанция Томаса Эдисона, а Германия, Австро-Венгрия и Италия создали Тройственный союз, в США родился будущий президент Франклин Делано Рузвельт, а в Ирландии — будущий автор «Улисса» Джеймс Джойс, Федор Михайлович Достоевский уже год как покоился на кладбище, а Бруклинский мост и Эйфелева башня еще не были построены, на одной винодельне в долине португальской части реки Дору разлили по бочкам вино из винограда этого года. То есть сделали то, что делали каждый год. И никто из причастных к этому событию и представить себе не мог, что это вино доживет до XXI века, будет раскупаться коллекционерами по цене, которую и вообразить было трудно. Тем не менее, именно так и произошло.
Течет река Дору
Долина реки Дору — это не просто место, где делают портвейн, а один из тех винных регионов, где сам ландшафт является результатом человеческой деятельности. Долина Алту-Дору получила известность как одна из старейших винодельческих территорий Европы. По некоторым документам вино здесь производят примерно две тысячи лет. Первые упоминания о портвейне, производимом здесь, появляются в 1675 году. После того, как в 1703 между Англией и Португалией был подписан договор, в Португалию, а именно в Порту, переселяется множество британских виноторговцев, которые начинают заниматься распространением портвейна на своей родине. Еще полстолетия спустя португальский король своим указом определяет границы для земель под производство портвейна. И эта территория становится первой в мире официально очерченной и регулируемой винодельческой областью. Сегодня регион производит и обычные, не креплёные сухие вина— красные, белые и розовые.
25 лет назад винодельческий ландшафт Алту-Дору внесли в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Причём ЮНЕСКО подчёркивает не только красоту долины, но именно взаимодействие человека и природы: террасы, каменные стены, винодельческие хозяйства, деревни, дороги, часовни — всё это часть единого культурного ландшафта.
Судьбоносный год
В 1882 девятнадцатилетний шотландец Эндрю Джеймс Симингтон приехал в Португалию и поступил на работу в компанию «Graham’s Port». Поначалу его деятельность никак не была связана с производством вина, он занимался изготовлением упаковки из ткани. Однако очень быстро молодой шотландец открыл собственную небольшую торговлю портвейном. В 1891 году он женился на уроженке Порту — Беатрис Лейтан де Карвальоза Аткинсон, чей дед занимался производством и экспортом портвейна с 1814 года, а по материнской линии в семье имелись торговцы и в XVII веке.
В 1905 году Симингтон стал партнером Warre’s — старейшей британской портвейновой компании в Португалии, которая была основана в 1670 году. Кстати сказать, один из членов семьи Warre, Уильям, воевал против Наполеона в составе британской армии во время Пиренейской войны. Он служил под командованием герцога Веллингтона и снабжал его войска портвейном.
Герой моего рассказа Эндрю Джеймс Симингтон, проработав в компании 3 года, стал ее единственным владельцем. И в 1920 году он совершает обычный для торговца поступок – покупает 4 бочки портвейна урожая 1882 года у крестьянина из долины Дору. Поступок этот действительно не имел бы никакого существенного значения, если бы Эндрю не поддался сентиментальному настроению. Никакой другой год его не интересовал, — только 1882 и точка! Почему? Потому что в тот год в его жизни произошел серьезный поворот: он покинул Шотландию, чтобы навсегда обосноваться в Португалии. На момент покупки портвейна в бочках их содержимому уже было 38 лет! Затем бочки перевезли в Гайя, где портвейн в них продолжил стареть в более прохладном и влажном атлантическом климате.
132 года спустя
В 2014 году семья Симингтон решила открыть одну из оставшихся бочек и разлить по декантерам – специально для этого случая изготовленным хрустальным сосудам, которые принято называть не бутылками, а графинами из-за их особой формы. Получилось всего 656 графинов портвейна, который получил название «Ne Oublie». «Ne Oublie», а по-русски «Не забывай» — старый девиз клана Грэм в знак памяти о прибытии Эндрю Симингтона в Португалию в 1882 году.
Помните, что бочек было четыре? А к 2014 году осталось только две. Неужели одна разбилась по пути в Гайю, когда портвейн везли на воловьих тележках? Никак нет! Одну бочку пустили на то, чтобы в оставшиеся три доливать портвейн, поскольку он, как любая жидкость, со временем испаряется.
Две оставшиеся бочки передали следующему поколению с условием не трогать их как минимум до 2025 года. И вот уже идет 2026 год, а о том, открыли ли бочки с портвейном урожая 1882 года, пока сообщений нет. Зато известно, что на аукционах изначальная цена бутылки, а она составляла 5500 евро, уже поднялась до 10-11 тысяч.
Среди счастливчиков, кому довелось продегустировать этот напиток, которому в 2014 году исполнилось 132 года, оказалась известная журналистка Сара Ахмед, которая сама себя называет винным детективом. Ей довелось расспросить Пола – представителя четвертого поколения Симингтонов о том, почему семья решила не расставаться с бочками, а оставила розлив двух оставшихся бочек в наследство пятому и шестому поколениям.
Пол Симингтон ответил, что решение далось легко: эмоциональная значимость «Ne Oublie» «сплотила семью», а семья, работающая сообща, — это, по его убеждению, непобедимая сила. Он прекрасно помнит примеры таких хозяйств, как «Quinta do Noval», «Croft» и «Sandeman», которые были утрачены семьями-владельцами при весьма печальных обстоятельствах.
Пол также рассказал, что совсем недавно семье довелось узнать обо всех обстоятельствах переезда их предка из Шотландии в Португалию. Оказывается, ребенком Эндрю постоянно оказывался втянутым в разборки между родителями. При этом Пол с восхищением рассказывает о своей прапрабабушке, буквально отвоевывавшей своих пятерых детей у мужа, который, вопреки решению суда об опеке, тайно вывез их в Новую Англию. Женщина наняла детектива и разыскала своих сыновей, однако позже детей все равно пришлось поделить между родителями. Устав от постоянной войны между матерью и отцом, Эндрю, едва дождавшись совершеннолетия, покинул родной дом навсегда. 1882 год стал для него судьбоносным. И, как мы теперь понимаем, для любителей портвейна тоже!
Не забыть!
Вот как описывает свои впечатления от дегустации «Graham’s Ne Oublie Very Old Tawny Port» Сара Ахмед: «Глубокий цвет «тони» (янтарно-коричневый) с шафрановым оттенком. Аромат и вкус отличаются невероятной глубиной. Чтобы раскрыть все нюансы, требуется время: сначала ощущаются спелые, округлые ноты темного грецкого ореха и черного кардамона. Затем, по мере усиления сладости, одна за другой возникают восхитительные, невероятно шелковистые волны вкуса: мед, карамель из жженого сахара, сладкая апельсиновая цедра, курага, марципан и миндальное печенье (тюиль). Больше всего меня поразила безупречная гармония сахара, кислотности, фруктовых и древесных оттенков. Здесь нет ни намека на сухость или пыльность (тот самый «белый шум» старой древесины), ни следов летучих кислот. Это придает вину удивительную чистоту и выразительность. Выдающийся, невероятно легкий портвейн категории «Very Old Tawny», оставляющий долгое послевкусие — и, несомненно, яркий след в памяти».
Бутылка за $367 – брать или не брать?
На выставке La Grande Dégustation, которая будет проходить с 5 по 6 ноября в зале Grand Quay (200, rue de la Commune Ouest, Montréal H2Y 4B2А) компания Symington будет представлять свою продукцию в киоске Е8. Можно ли будет попробовать исторический портвейн урожая 1882 года, в программе не сообщается. Ну а вдруг повезет и привезут одну из бутылок, выпущенных в продажу в 2014 году, и устроят дегустацию этого музейного напитка, который появился на свет за 5 лет до сооружения Эйфелевой башни и через год после смерти Достоевского? За какую цену согласились бы ценители портвейна и редких вин вкусить аромат столетия? Мечтать нам никто не запрещает, но в каталоге выставки пока заявлены следующие продукты:
- Graham’s Late Bottled Vintage Port — $23.25
- Graham’s Six Grapes Ruby Port — $25.75
- белое вино Pequeno Dilema 2022 — $47.50
- Dow’s Colheita Single Harvest Tawny Port 2007 — $60
- Graham’s 20 Years Old Tawny — $65.25
- Graham’s Quinta Vesuvio Vintage Port — $130.25
- Graham’s 10 ans Tawny Port — $367
Ценным, по мнению экспертов, в этом списке является Quinta Vesuvio Vintage Port за $130.25, хотя это совершенно другая категория по сравнению с «Ne Oublie».
Это не музейный портвейн XIX века, но Vintage Port с отдельной quinta (винодельческого поместья) — уже серьёзный уровень. А Quinta do Vesuvio принадлежит Symington с 1989 года и является одним из знаковых хозяйств семьи.
При этом Graham’s 20 Years Old Tawny за $65.25 — гораздо более доступный и, возможно, удобный вариант для читателя, но это купаж вин разных урожаев с указанным средним возрастом 20 лет, а не вино одного урожая.
А вот бутылка за $367 кажется слишком дорогой для десятилетнего портвейна, неправда ли? Обычный Graham’s 10 Year Old Tawny — это массово выпускаемый 750-мл портвейн, не коллекционный винтаж. Он представляет собой смесь вин, выдержанных в старых дубовых бочках, со средним возрастом компонентов около 10 лет. Официальная спецификация указывает 20% алкоголя; профиль — орехи, мёд, инжир, зрелые фрукты.
Цены за пределами Квебека показывают совершенно другой масштаб: например, в британском оптовом каталоге 2025 года Graham’s 10 Year Old Tawny стоит около £28.25 за бутылку при покупке коробки из шести.
Поэтому $367 почти наверняка не цена обычной стандартной 750 мл бутылки. Здесь речь идёт о бутылке на 4,5 литра! В нее легко может войти содержимое шести стандартных бутылок по 750 мл, но в одной большой ёмкости. Поэтому цена уже выглядит совершенно иначе.
Если просто купить шесть обычных бутылок по $37, пришлось бы заплатить $222. То есть большая бутылка стоит заметно дороже эквивалентного объёма — примерно на $145. Но тут уже покупатель платит за редкий большой формат, а не за возраст и уникальные свойства самого вина.
Если же действительно кому-то захочется попробовать «Ne Oublie» 1882 года, то за ним придется поехать в Манитобу, где этот исторический портвейн всё ещё числится в каталоге Liquor Mart по цене $11 500 за бутылку 750 мл.
***
На выставке La Grande Dégustation представлены вина и алкогольная продукция из 21 страны. Всего 1700 наименований. Билет — $23 (+ налог).
Входной билет дает право на посещение мероприятия в течение одного дня. При покупке билета к вашему заказу автоматически добавляются 10 дегустационных купонов (стоимостью $10). Каждому посетителю выдают дегустационный бокал, который необходимо вернуть на выходе.
