В Квебеке произошло небольшое политическое сальто-мортале. Лидер сепаратистской Квебекской партии (Parti Québécois, PQ) Поль Сен-Пьер Пламондон, человек, который долгие годы объяснял жителям провинции, насколько сильно их интересы отличаются от интересов англоязычной части Канады, внезапно обнаружил, что англоговорящие квебекцы тоже люди.
Причем не просто люди, а с ипотекой, счетами за продукты, проблемами в здравоохранении и образовании.
Именно это открытие легло в основу открытого письма Пламондона, адресованного англоязычным жителям Квебека. Письмо опубликовано в National Post – газете, которая, надо полагать, не всегда была главным источником политического вдохновения для лидера партии, мечтающей вывести Квебек из состава Канады.
Но времена меняются. А вместе с ними меняется и риторика политиков, особенно когда до выборов остается совсем немного.
В письме Пламондон делает акцент для англоязычных квебекцев, что их заботы ничем принципиально не отличаются от забот франкоязычных жителей провинции.
Стоимость жизни растет? У всех.
Купить жилье становится все труднее? У всех.
В здравоохранении проблемы? Опять-таки у всех.
Образование работает не так, как хотелось бы? И здесь никакой дискриминации – страдают все.
«Мы все в одной лодке», — пишет лидер PQ.
Фраза особенно примечательная, если вспомнить политическую биографию ее автора. Еще совсем недавно речь Пламондона была преимущественно о другой лодке – той, в которой Квебеку якобы тесно вместе с Канадой и из которой провинции однажды непременно следует выйти.
Но теперь, похоже, выяснилось, что перед выходом из лодки неплохо бы сначала получить голоса тех, кто в ней сидит.
Причем голосов англоязычных.
Исторически именно здесь у Квебекской партии были серьезные проблемы. Англоязычный электорат Квебека традиционно голосовал за либералов и относился к идее независимости провинции примерно с тем же энтузиазмом, с каким пассажир относится к предложению покинуть самолет посреди полета.
Поэтому нынешнее обращение Пламондона можно считать довольно смелой попыткой сделать невозможное: убедить англоязычных жителей Квебека, что партия, выступающая за независимость провинции, на самом деле вовсе не собирается делать им ничего плохого.
Особенно трогательно звучит обещание Пламондона защитить права «исторического англоязычного меньшинства».
Это заявление стоит запомнить.
Потому что еще совсем недавно политическая жизнь Квебека проходила под знаком многочисленных споров о том, как защитить французский язык от английского влияния. Закон 96 (Bill 96), существенно расширивший языковые требования для бизнеса и общественных институтов, стал одним из наиболее заметных примеров такой политики. В результате многие англоязычные жители провинции почувствовали себя не особенно желанными гостями в собственном доме.
И вот теперь лидер партии, выступающей за создание независимого Квебека, сообщает им: не волнуйтесь, в будущем государстве ваши права будут полностью защищены.
Политический перевод этого послания примерно такой: «Да, мы хотим отделиться от Канады. Да, мы хотим создать собственную страну. Да, французский должен занимать в ней особое положение. Но, пожалуйста, не вспоминайте об этом до 5 октября».
Пламондон весьма убедителен, когда перечисляет то, что объединяет англо- и франкоязычных жителей: общие социальные проблемы, общие налоги, одинаковое право на качественные государственные услуги и финансовое благополучие.
Все это, безусловно, правда.
Только возникает один маленький вопрос: почему потребовалось столько лет политической борьбы вокруг языкового и национального вопроса, чтобы лидер PQ «обнаружил» очевидное?
Ответ, разумеется, находится в календаре.
До официального начала предвыборной кампании остаются считанные недели, Квебекская партия сейчас лидирует в опросах, но не с огромным перевесом. Следовательно, наступил подходящий момент расширить электоральную базу и попробовать забрать голоса у правящей Коалиции за будущее Квебека (Coalition Avenir Québec, CAQ) и Квебекской либеральной партии (Quebec Liberal Party).
Особенно у первой.
Потому что англоязычные жители Квебека устали от политики CAQ. В частности, многие из них считают себя отчужденными из-за языковой политики правительства.
И тут на сцене появляется Пламондон!
Не тот Пламондон, который предлагает англоязычным квебекцам принять историческую неизбежность независимого Квебека.
А другой.
Очень заботливый Пламондон.
Он говорит им, что понимает их проблемы. Что они такие же квебекцы. Что они платят те же налоги. Что им тоже нужны хорошие больницы и школы. И, наконец, что в будущем независимом Квебеке их права будут цвести пышным цветом.
В общем, по сути обращения Пламондона, главная проблема англоязычного населения Квебека сегодня – вовсе не перспектива отделения от Канады. Главная проблема – стоимость продуктов.
Однако в этом замечательном письме есть одна тема, о которой лидер PQ предпочел не говорить.
Это референдум о независимости.
Пламондон уже неоднократно обещал провести его в свой первый мандат, если Квебекская партия сформирует правительство.
Но в обращении к англоязычным избирателям это обстоятельство почему-то оказалось где-то на периферии – за теми самыми продуктами, ипотеками и разглагольствованиями о единстве.
Англоязычный избиратель на некоторое время может даже забыть: речь идет о лидере партии, главная историческая цель которой заключается не просто в хорошем управлении Квебеком (в этом вопросе все знают, как это делается, и особенно – до момента избрания), а в превращении его в независимое государство.
Впрочем, до референдума еще нужно дожить. А до этого – победить.
И здесь каждый голос пригодится.
Даже англоязычный.
Поэтому нынешнее обращение Пламондона к англоязычным квебекцам выглядит не столько пересмотром его политической философии, сколько очень своевременным изменением интонации.
Когда речь идет о мобилизации франкоязычного электората, лидер PQ с воодушевлением представляет Квебек обществом, которому приходится защищаться от внешнего давления и от англоязычной угрозы.
Когда же речь заходит о голосах англоязычных жителей, внезапно оказывается, что все мы братья, все платим одинаковые налоги и все сидим в одной лодке. Но есть в этой внезапной семейной идиллии стойкий привкус лицемерия. Потому что еще вчера англоязычный Квебек был частью проблемы, а сегодня он оказался частью электорального решения. И вот уже главный сепаратист провинции, который столько лет объяснял квебекцам, почему им необходимо иметь собственную страну, заботливо напоминает англоязычному меньшинству: «Мы все в одной лодке».
Воистину так.
Только Пламондон не отказался от идеи независимого Квебека. Он всего лишь решил, что к берегу отделения лучше плыть вместе. И желательно – с некоторым количеством англоязычных голосов на борту.
Поэтому англоязычному – и не только! – избирателю остается только один вопрос: Пламондону действительно пришло откровение, что англоязычные и франкоязычные квебекцы – одна большая семья? Или он просто обнаружил, что у каждого члена этой семьи есть избирательный голос?
Вот это и есть главный вопрос предстоящих выборов.
Потому что в политике бывают разные лодки.
Есть лодка, в которой действительно сидят все.
А есть лодка, на которую вас очень вежливо приглашают перед выборами, обещая, что места хватит всем. И только после отправления выясняется, что капитан уже давно знает конечный пункт назначения.
Независимый Квебек.
Просто почему-то в последний момент запамятовал сообщить об этом пассажирам при посадке.
Михаил Важнецкий
Монреаль
