Если я скажу «К нам едет Тадж Махал!», то вряд ли кто-нибудь этому удивится… Такие сейчас времена, что приехать может не только кто угодно, но и что угодно. У нас уже проводились иммерсивные выставки собора Парижской Богоматери, а Древний Рим, как и Древний Египет приглашал монреальцев посетить их достопримечательности в одном из специально оборудованных для этого залов города. Так почему же не привезти еще и Тадж-Махал!
А вот если я вам скажу, что Тадж Махал появился на свет 17 мая 1942 года в Гарлеме, многие тут же воскликнут: «Позвольте, вы что-то напутали! Символ вечной любви – беломраморный мавзолей был построен в XVII веке в Индии!» Так то мавзолей, а к нам едет живой Тадж Махал – американский блюзовый музыкант, получивший при рождении имя Генри Сент-Клер Фредерикс-младший.
Музыка по радио
Кем еще мог стать мальчик, родившийся в семье музыкантов!.. Мама была участницей местного госпел-хора, а отец, Генри Сент-Клер Фредерикс-старший, – аранжировщиком и пианистом афро-карибского джаза. Телевизоров, а уж тем более современных гаджетов, разумеется, еще и в помине не было. Но музыка в доме звучала. Причем это были произведения, написанные в разных странах. Коротковолновый радиоприёмник, принимавший музыкальные передачи со всего мира, стал для Фредерикса-младшего тем проводником в мир музыки, который сформировал его вкус и научил слышать музыку. Еще в детстве он заинтересовался джазом и заслушивался произведениями в исполнении легенд американского джаза – Чарльза Мингуса, Телониуса Монка и Милта Джексона. Он увлекся африканской музыкой и начал ее усердно изучать. Родителям было приятно, что ребенок разделяет с ними их интересы, и они поощряли его занятия музыкой, которые начались с уроков классического фортепиано. Однако одного инструмента мальчику явно не хватало – он самостоятельно освоил кларнет, тромбон и губную гармонику.
От гитары на ферму
Махал всю свою жизнь был погружен в музыку. В доме его родителей часто бывали музыканты из стран Карибского бассейна, Африки и США. Отец дружил с Эллой Фицджеральд в то время, когда она регулярно выступала в бальном зале «Савой» в Гарлеме. Она называла Генри-старшего гением. Его сын уверен в том, что в этом певица не ошибалась. Об отце он вспоминает так: «Он был разносторонним музыкантом, классически образованным пианистом из Карибского региона, игравшим джаз, джамп-блюз и свинг». То, что его отец оставил карьеру после женитьбы на матери, с которой познакомился на одном из концертов Фицджеральд, музыкант объясняет мечтой отца о большой семье, для которой зарплаты музыканта было бы недостаточно.
Когда мальчику было всего 11 лет, отца не стало. Генри-старший погиб в результате несчастного случая на строительной площадке – его раздавил перевернувшийся трактор…
У отчима Генри имелась гитара, первые уроки игры на ней ему дал сосед-ровесник, который – так сложилось! – оказался племянником известного американского блюзмена Артура «Биг Боя» Крудапа. Было Генри тогда лет 14. Самый подходящий возраст для увлечения гитарой!
Но вдруг у подростка появляется увлечение совсем иного рода – сельским хозяйством! Правда, сам музыкант не делает различия между музыкой и фермерской деятельностью. Он, хотя и родился в Гарлеме, но считает, что сельское хозяйство у него в крови. Его бабушка по материнской линии была землевладелицей, а мать выросла на семейной ферме в Южной Каролине. В одном из интервью уже ставший известным музыкантом Тадж Махал рассказывал: «Моя мать, несмотря на стремление к утонченности, получив образование в Университете Южной Каролины, знала, как быстро свернуть шею курице и как вырастить нежную масляную фасоль на заднем дворе».
«В детстве мне пришло в голову, что сельское хозяйство и музыка тесно связаны, особенно в Африке, а затем и на Юге. Город начал давить на меня, и в восьмом или девятом классе я понял, что мог бы проводить время с коровами, лошадьми и курами – и узнавать о них больше. Но потом я сказал себе: может быть, в современном сельскохозяйственном образовании есть что-то интересное, чему мне стоит научиться, так что надо пойти и посмотреть», — вспоминал музыкант о том, как выбирал свой путь в жизни. Он поступил сначала в профессионально-техническое училище, затем в Массачусетский университет, а все выходные и каникулы проводил на ферме. Сам себе он объяснял свой выбор так: «Суть в том, что мне нравится идея служения человечеству. И сельское хозяйство, казалось, могло это обеспечить».
В 16 лет Генри некоторое время работал на молочной ферме в Палмере, штат Массачусетс, недалеко от Спрингфилда. Тогда он думал, что музыка может стать чем-то вроде хобби между доением коров и выращиванием кукурузы… О том периоде жизни Махал говорит так: «Мое образование началось с работы на ферме. Эти три года дали мне возможность заплатить за университет, я покупал себе одежду, книги – но что самое главное, у меня было время поразмыслить над своей жизнью, подумать о музыке, о будущем. И еще: глава семьи, на которую я работал, – он был франко-канадец – научил меня великолепной песне «Ma Jolie Blon». Я ее до сих пор иногда пою».
К 19 годам Махал стал управляющим фермой. В одном из интервью он говорил, что доил от 35 до 70 коров в день, выращивал кукурузу, красный клевер и люцерну. «Я знал из древних традиций, что музыка всегда сопровождает все, что мы делаем, — вспоминал он. — Я бы играл ее на своей веранде на ферме или где угодно, но у меня никогда не хватало средств». В какой-то момент он купил ферму… и тут его затянула музыка!
Приглашение от «Rolling Stones»
Махал учился в профессионально-агротехническом училище, был членом Национальной организации FFA (Future Farmers of America) и специализировался на животноводстве, а также изучал ветеринарию и агрономию, но вдруг понял, что должен посвятить свою жизнь музыке, а не сельскому хозяйству. Тогда он и взял себе псевдоним Тадж Махал и возглавлял ритм-н-блюзовую группу под названием «Taj Mahal & The Elektras».
Считается, что на выбор сценического имени повлияли его размышления о социальной терпимости, Индии и Махатме Ганди.
Проходит немного времени, и однажды, выступая на сцене клуба в Лос-Анджелесе, Тадж Махал вдруг обнаружил, что оказался в компании целой плеяды британских рок-звезд. «Трое из «The Stones» танцевали вместе с тремя из «The Animals». Эрик Клэптон был в дальней части зала. Между ними всеми словно возникла особая атмосфера», — вспоминает он. А им пришлась по душе музыка Махала. Выступив, он направился к Мику Джаггеру и спросил, возможно ли организовать его группе выступление в Англии… Через три месяца пришло приглашение «Rolling Stones» на выступление в звездном концерте «Рок-н-ролл-цирке», в котором также участвовали Джон Леннон и «The Who». «Это было замечательно, — рассказывает Махал. — Мы путешествовали со Stones, и куда бы они ни приезжали, везде царила атмосфера праздника».
Позже Махал, вспоминая те первые гастроли, с благодарностью отзывался о «Rolling Stones»: «Это – настоящая рок-группа, я всегда наслаждался их музыкой, их стилем жизни, даже их публикой. И они настоящие друзья… Они были первыми, кто поверил в меня когда-то, кто протянул мне руку, как равному, – и я всегда буду это помнить».
Блюз вернет вам душу
Про Махала говорят, что он обладает кочевым музыкальным духом, который заставляет его черпать вдохновение повсюду. Он с легкостью может переключаться между кантри-хоудаунами с банджо, фанком в стиле Нового Орлеана и солнечным регги. Однако его первой любовью остается блюз. Если разговор касается блюза, он не может себя сдержать: «Это не мертвая музыка! Вы никогда не сможете выжать из блюза весь вкус. Ни в коем случае. Джаз вернет вам разум, регги вернет вам тело, а блюз? Блюз вернет вам душу». Он считает блюз одним из важных языков в музыке: «Как только я действительно освоил его, я стал использовать блюз для самовыражения в сочетании со всеми этими другими музыкальными направлениями… Возможно, в том, что меня называют отцом мировой музыки, есть доля правды, в том смысле, что я помог людям узнать о ней, не потому, что её не существовало, не потому, что у неё не было своей индивидуальности, а потому, что я, возможно, стал первым американским артистом, который действительно вышел и сказал: «Эй, нам нужно об этом поговорить».
Музыка – это язык нашей Вселенной
«Главное – музыка. Я люблю людей, и мне нравится видеть, как они ею наслаждаются. Всё, чего я хотел, – это в конце концов научиться писать хорошие мелодии. Мне это отчасти удалось, — говорит Махал в одном из интервью. — Музыка – это язык. Язык нашей Вселенной, нашей галактики, нашей Солнечной системы, и наш межконтинентальный язык здесь, на планете Земля, – это музыка. Куда бы вы ни пошли, если вы не знаете языка, когда играет популярная песня, вы её слышите. И если вы услышите её несколько раз, вы подумаете: «Боже мой, её играют повсюду. Я слышал её в Будапеште. И в Риме. И я снова слышал её на Сицилии. Я слышал её в Скандинавии. И, Боже мой, её играли даже в Бельгии». Я не могу зайти в ресторан и не услышать музыку, когда вхожу. Я всегда поражаюсь. Я сижу, наблюдаю за людьми, они разговаривают, даже не замечая музыки. Я 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, 365 дней в году уже много десятков лет полностью посвящаю себя музыке».
Он говорит, что предпочитает играть на открытом воздухе и объясняет это тем, что все связаны с небом: «И ты хочешь действительно достичь этой высоты в музыке, которую играешь. В старых концертных залах раньше создавалось ощущение связи с небом. А на фестивалях ты черпаешь гораздо больше энергии в таких условиях. В основном, я просто хочу, чтобы музыка звучала хорошо, независимо от места проведения».
«Я умею работать»
Музыкант мирового уровня Тадж Махал получил множество наград – три премии «Грэмми», 9 номинаций на «Грэмми», премию Ассоциации американской музыки за достижения всей жизни, почётную докторскую степень – и выпустил более 30 альбомов под своим именем. И всё же Тадж Махал до сих пор не стал широко известным именем. «Все эти годы я был артистом, выступающим на сцене, — говорит он, — в то время как популярная сторона музыкального бизнеса занималась продажей пластинок. Поэтому они не гастролировали. Я зарабатываю на жизнь старомодным способом. Я фактически даю от 120 до 150 концертов в год, и это стабильно с конца 60-х».
Журналист, бравший интервью у Махала, изумился такой работоспособности артиста и воскликнул: «Так много работы!», на что музыкант ответил: «Что это такое «много работы»? Я музыкант! Пардон, но я не понимаю… Что за идея: получить работу, а потом вычислять, чего и сколько на этой работе можно не делать? Это Соединенные Штаты Америки. Я думал, мы свободны делать то, что мы хотим! А мы любим работать много и упорно. Так это было раньше… А теперь, если мне не изменяет слух, все считают, что главное в работе – это вычислить, что можно не делать, чтобы все-таки продолжать получать зарплату. Это Тадж Махал! Я рабочий человек, и я всегда таким был. Я умею работать. Я знаю, как работать… Играешь не для того, чтобы играть музыку: музыка играет тобой. Я не дилетант, который открывает крышку и вытаскивает из ящика невесть что… Музыка – это великий большой огромный шатер. И вы в ней как ребенок в цирке. Если хотите получать полное удовольствие, не смотрите только один номер. Придите пораньше и не спешите – посмотрите все».
Музыковеды пишут о Махале, что его творчество не совсем вписывается в представление большинства людей о популярном артисте: найти успешный стиль и строго его придерживаться. В каком-то смысле его стиль трудно определить. Для Тадж Махала всё взаимосвязано. А еще он известен тем, что его музыка всегда звучит искренне.
Тадж Махал: «Я просто понял, насколько важно людям слушать музыку. Было такое явление, что определенный музыкальный жанр быстро надоедал, и все начинали искать что-то новое. Поэтому я просто взялся за дело и начал выпускать новые произведения. Именно это и должны делать музыканты: знакомить людей с тем, чего они никогда раньше не слышали. Это наша работа».
***
В программе Монреальского международного джазового фестиваля 2 июля в 19:00 в Симфоническом доме состоится концерт «Taj Mahal et Phantom Blues Band»
Билеты: $73,25
Светлана Мигдисова
Монреаль
