Продолжение. Начало в публикации «Аншлаг по-монреальски»
Второй спектакль тоже проходил при полном аншлаге в Монреальском симфоническом доме. Билеты на все пять представлений «Le traditionnel conte des Fêtes de Fred Pellerin» были проданы за много месяцев до спектакля, и когда я решила для себя купить билеты, то их уже в продаже не было. Мне же очень хотелось попасть на это событие, и причин тому было множество.
Один из самых популярных рассказчиков в Квебеке Фред Пеллерин и бывший дирижер Монреальского симфонического оркестра Кент Нагано в седьмой раз представляли миру свои любимые симфонические сказки!
Фред рассказывал историю основания своего родного городка Сен-Эли-де-Кастон, которая долгое время оставалась загадкой. Что произошло в первый день существования этого поселения? Как оно стало деревней? Первые три страницы деревенского архива были вырваны, и никто не мог сказать, с чего все началось. Фреду удалось разыскать какие-то материалы. И свой рассказ он начинает с того, что возникло несколько домов, появилась колокольня, жили-были священник и вдова…. А потом появилась деревня!
Композитор Юлия Захарова
Приключения персонажей в историях Пеллерина сопровождаются музыкальными произведениями. И одно из них было написано молодым композитором родом из Белоруссии Юлией Захаровой, с которой я вас, уважаемые читатели уже знакомила некоторое время назад.
— Юля, как так получилось, что ты стала участником самого массового предновогоднего шоу в Симфоническом доме? Я, конечно, сама могу ответить на этот вопрос, сказав, что просто надо было родиться тобой…
— Не-не-не.. Это просто везение!
— Вспомни, пожалуйста, как ты узнала, что будешь участвовать в этом представлении?
— Кент Нагано отбирал композиторов, которые могли бы написать произведение для этого концерта. Я не могла его спросить, как и почему он выбрал именно меня. Помню, что однажды я ехала с подругой в магазин, и тут мне по электронной почте пришло письмо. Оно было такое странное, что я его тут же закрыла, подумав, что это «спам». В теме письма значилось, что требуется написать музыку для OSM. Я даже не стала смотреть, подумав, что ошиблись адресом. Когда остановились, я прочла его внимательнее, но не поняла, почему обращаются ко мне. В этом письме, как потом оказалось, был уже и контракт и указывалось, что если я согласна принять предложение, то должна подписать контракт и сразу начать работать.
— Ничего себе! Когда это случилось?
— В июле этого года.
— Я сначала не отвечала, а через пару дней я еще раз перечитала все и поняла, что надо ответить, что я согласна. Затем у нас была групповая встреча с Нагано, где он сказал, что ему нужна музыка, в которой будут шумы землетрясения, сирена, взрывы, всплески, и надо оркестровыми способами создать эту мощь, используя современные приемы композиции. Но нельзя использовать приемы неклассической игры: например, нельзя переворачивать скрипку, стучать по ней, дуть в нее, портить струны и т. д. А я очень это все люблю! Требовалось написать такую музыку, чтобы ее было легко сыграть.
— Почему для твоей музыки была выбрана тема землетрясения?
— В сказке Фред Пеллерин рассказывает о том, как в его городке что-то упало, и это стало причиной землетрясения. Оно началось ни с того ни с сего. Он показывает, как это было, размахивает руками, кричит, и следом за этим идет моя музыка.
— Ты была единственным молодым композитором из Квебека?
— Да…
— А музыка каких композиторов еще звучала в спектакле?
— Была еще «Колыбельная» Брамса, «Землетрясение» Бетховена… Но у него землетрясение получилось очень академическое. И когда сначала оркестр заиграл его музыку, Фред остановил музыку, сказав: «Тихо, тихо! Не надо эту музыку играть. Нам это не подходит. Давайте что-то помощнее!»
— То есть ты соперничала с Бетховеном, и твоя музыка в этом раунде победила! Как интересно!
— Надеюсь, Бетховен не обиделся.
— Еще звучала совершенно замечательная музыка Джона Адамса. Спектакль можно будет посмотреть по телевидению во время Рождественских каникул.
— Твоя музыка впервые исполнялась симфоническим оркестром или нет?
— В Монреале – впервые, но в Белоруссии у меня была запись с симфоническим оркестром под руководством очень известного дирижера Геннадий Провоторова. Он когда-то дирижировал премьеру оперы «Катерина Измайлова» Шостаковича.
— Какие любопытные у тебя пересечения – от Провоторова к Нагано.
— Тогда у меня была слишком современная пьеса для оркестра. И я столкнулась с массой препятствий. Кто-то не хотел играть, кто-то морщился.
— А здесь как восприняли музыканты твою музыку?
— Не морщились! Публика аплодировала, оркестру даже пришлось встать.
Были, правда, и смешные моменты. Я очень боялась работать с этим оркестром. Я привыкла в своих произведениях делать то, что я хочу.
— И публика, которая имела удовольствие слышать твою музыку, это уже знает. И любит тебя именно за это!
— Спасибо. Очень приятно.
— А тут я каждому музыканту писала письма с нотами и спрашивала, могут ли они сыграть то, что я написала для их инструмента. Я сверялась со всеми, чтобы только произведение звучало так, как мне хотелось. У них был один день для репетиции! Для современной музыки, где много разных пластов, это очень мало. Невероятно сложно успеть все сделать за такой срок!
— И как тебе результат?
— Мне очень понравилось. Особенно, когда у медных духовых идут переклички. Очень понравились ударные.
— Сколько длится твоя пьеса?
— Всего 5 минут! Но на ее создание ушло много времени. За 5 минут можно многое сделать, если это насыщенное произведение. И еще была песня, которая длится 4 минуты. Ее написал Жак Мишель. Мне надо было сделать аранжировку, и я написала две версии, одну из которых выбрал Нагано. Я очень многое изменила в этой музыке. Я ее сделала в духе трубадуров со свойственными этому периоду мелизмами.
— Твои коллеги по этому проекту — Пеллерин и Нагано, наверное, обсуждали с тобой твою музыку?
— После премьеры я получила от Фреда письмо, в котором он написал, что все его друзья полюбили мою музыку, и он сам в восторге от нее и надеется на новое сотрудничество.
— А Нагано?
— Нагано во время репетиций все время спрашивал, устраивает ли меня то, как играет оркестр. Он как-то сказал: «Я репетировал отдельные элементы, но на некоторые нужно много времени, ты понимаешь?» « — Да». « — Но все равно очень эффектно звучит», — заметил дирижер. Он, по-моему, очень сдержанный человек. Мне кажется, что он очень критически настроен по отношению к себе и к окружающим. Он очень требователен. Внешне приветлив, но все-таки отстранен от всего вокруг. Ему нужна только музыка. У него планка очень высокая!
— Юля, я поздравляю тебя с таким замечательным событием в твоей творческой биографии! Удачи в новом году!
